Хижина дяди Оскара

© Издается дядей Оскаром с августа 2005

Archive for the ‘Избранное’

Как на самом деле пишется рецензия на фильм

сентября 11, 2009 By: Дядя Оскар Category: Избранное, Кино

Короче, я таки собрался. Собрался написать некий в определенной мере нравоучительный документ, некое руководство по тому, как, в моем понимании, следует писать рецензию на художественное произведение. Сразу две оговорки. Во-первых, под художественным произведением я подразумеваю, в первую голову, кино, причем, кино не документальное. Во-вторых, рецензию я рассматриваю как художественно публицистический жанр, а не как документ. То есть, в этом вопросе мой подход обратен тому, который используют рецензенты докторских-кандидатских, редакторы книжных издательств или критики на кинофестивалях.

Есть конфликт!

Если вы захотели, что-то отрецензировать, первое, что следует сделать, – определиться с тем понравился вам рецензируемый продукт или нет. Это будет эмоциональная компонента вашего произведения. Эмоциональная (или, если угодно, «индивидуально-оценочная») компонента обязательна, поскольку сам жанр рецензии подразумевает определенную оценку: положительную, отрицательную или же нейтральную. Второе действие, которое следует произвести, заключается в том, что вам нужно максимально отключить эмоции и попытаться определить объективную ценность рассматриваемого произведения. Это будет рациональная компонента. И вот на противостоянии-совпадении рационального с эмоциональным и будет построен ваш текст. Только в этом случае, я так считаю, рецензия будет иметь какую-то художественную ценность. Упрощая вышенаписанное, можно сказать, что определитесь, понравилось – не понравилось, а потом подумайте, чем именно. Рациональная компонента сложнее, поскольку, не всегда можно отключить эмоции и дать непредвзятую оценку. Впрочем, это не всегда и требуется, есть множество довольно неплохих текстов, построенных только на эмоциях, но я сейчас не об этом (к этой теме я еще вернусь). Как я писал еще в позапрошлом году, для оценки чего-то, нужно четко представлять себе структуру этого чего-то. Без знания структуры, объективной оценки не получится. Проведу параллель с автомобилями. Машина складывается из: ходовой, двигателя, отделки и электроначинки  салона, красоты кузова,  удовольствия от вождения и цены. Вопрос: почему отечественные авто – говно? Ответ: потому, что а) двигатели маломощны и ненадежны, б) ходовая «сыпется», в) салоны деревянны, г) кузова некрасивы и неаэродинамичны, д) удовольствия от вождения никакого, а если еще учесть сколько за них денег просят… Вот она структурированная рациональная оценка.  А заявляя: «Ну и что! Мне нравится мой девятос, иниипет!», вы делаете то же самое, что и рецензент – сталкиваете рациональное с эмоциональным. Это и есть тот конфликт, который является основой любого художественного произведения.

Плясать будем от печки

Так что же дальше? Вроде бы, мы уже разобрали наше произведение со всех сторон, оценили все что можно, создали конфликт, а рецензии все нет. Более того, даже если мы запишем по порядочку оценки каждого компонента препарируемого шедевра, а потом добавим к этому наше сакраментальное «И мне понравилось, пипец как!», у нас все равно не будет рецензии. Хотя наш текст, будь он написан в таком виде, и поможет читателю понять достоинства и недостатки оцениваемого продукта, художественная ценность его будет такой же, как, скажем, у инструкции к китайским носкам, написанной на кривом русском. Ведь мы же договорились, что рецензия – это тоже художественное произведение, не так ли? Потому, чтоб не писать инструкцию к носкам, нам необходимо продумать композицию нашего текста. Все знают, что любой художественный (художественно-публицистический) текст строится по схеме: завязка-кульминация-развязка. Если перенести это на текст аналитический, то схема примет вид: тезис-развитие-вывод(ы). Самое простое – это уложить наши эмоциональную и рациональную компоненты в любую из этих схем. Но можно и повыеживаться, попытаться создать рецензии фишку. Один из несложных способов сделать это – определиться тем от чего, как говорится, плясать. В качестве отправной точки нашего рецензентского пляса можно избрать что угодно: наши эмоции, игру актеров, гениальность замысла, сюжетную закавыку. А потом эту отправную точку провести как лейтмотив через весь текст. Кстати, наш ключевой момент (та «печка», от которой мы пляшем) может быть не только позитивным, но и негативным – мы ж не только хвалебные тексты собираемся писать, да же? Причем, даже в позитивном оценочном тексте, можно идти от отрицательного момента – это тоже будет фишка, да еще какая. Короче, простор для творчества огромен.

О самоценности

Поскольку мы уже определились с тем, что рецензия – это самостоятельный творческий продукт (пусть он и паразитичен по сути), постольку наш текст должен представлять ценность не только для тех, кто уже знаком с оцениваемым произведением, и даже не столько для них. Наш текст должен быть нацелен на читателя с исходным произведением незнакомого. Потому архиважны следующие «не»: а) не пересказывать содержание (как вариант – пересказывать только завязку) – пересказать лучше автора (режиссера, писателя и т.д.) у вас все равно вряд ли получится, а удовольствие читателю испортить можете; б) не заставлять вашего читателя скучать – читать вашу рецензию ему должно быть интересно. Кстати, то, что мы ориентируемся, в первую очередь, на людей с исходником незнакомых, не означает того, что мы ориентируемся только на них. Потому, повторяю: рецензия должна быть интересной! Как добиваться этой интересности, вы, я думаю, знаете: использование всяких там художественных приемов, шуточки, стилизации и пр, как говорится, и др. А дополнительным фактором создания и удержания интереса служат отсылки к известным читателю примерам: другим фильмам, первоисточникам, творениям классиков и т.д. Надо говорить, что не стоит забывать о том, что читатель, знакомясь с рецензией, пытается решить дилемму «смотреть – не смотреть», а нам необходимо помочь ему принять решение? Не надо? Вот и славно! Вот и умнички – сами все знаете. Акцентирую только, что «помочь принять решение» и «навязать свое мнение» – это таки разные вещи.

Главное, оно же – последнее

С этого, наверное, надо было начинать, но, мне кажется, в конце лучше запомнится. Так вот, если вы собрались писать о фильме, задумайтесь, зачем оно вам надо. Если вы хотите, пардон за прямоту формулировок, обосрать кино, обсирайте. Если вы хотите фильм прорекламировать, рекламируйте. Но помните, что и обосрать и прорекламировать можно простой фразой: «Народ, фильм говно/отличный, отвечаю!», и во многих случаях эта фраза будет максимально емкой и максимально точной оценкой, не требующей дальнейшей расшифровки. Но она не будет рецензией. Это совсем не плохо. Это просто так есть. Иногда мне, например, хватает одного такого вердикта для того, чтоб определиться с просмотровой дилеммой. Условие только – автор вердикта должен иметь вкус сходный с моим. А если вас мучает вопрос: «А что делать с теми фильмами, про которые больше чем «говно» при всем желании не скажешь и не напишешь?», так я вам отвечаю фразой классика: «ПисАть, как и пИсать, стоит только тогда, когда тебе хочется, иначе это уже издевательство над самим собой».

Заразился

января 16, 2009 By: Дядя Оскар Category: Избранное, Литературка, Смешно

Заразился идеей красноармейских стихов-ловушек и сам накропал:

Автомобильное:
Один гаишник в ночь глухую
Махал водиле своим… жезлом.
А тот на “Москвиче” облезлом
Катился мимо, в ус не дуя.

Алкоголически-пикниковое:
Коньяк, текила, пиво, раки
И друг Антоха пьяный в с… тельку –
Вот так закончилась неделька,
И хорошо, что хоть без драки.

Голливудское:
Бандит назойливому копу
Засунул пушку прямо в… рот.
И, не вписавшись в поворот,
Убил случайно обормота.

Еврейское:
Наш Изя, городской чудак,
Мне заявил, что я… шлемазл.
Горчицей нос себе измазал
И съел мой новый лапсердак.

Коммуналочное:
Сосед Серега, сняв галоши,
Ногой жену свою… гоняет.
Поскольку от нее воняет,
А в голове роятся воши.

Приходское:
Наш дьякон со своим подьячим
В каптерке коньячок… бодяжат.
И лыка оба-два не вяжут,
А дьякон уж и неходячий.

Жопно-сортирное:
Справляя малую нужду,
Чесала дамочка… затылок.
А выпив пива семь бутылок,
Купалась пьяная в пруду.

Самурайское:
Не сняв доспехов и кабут,
Аристократы гейш… не видят.
Сёгуна люто ненавидят
И императора клянут.

И последнее, сугубо пятничное:
Весь день свой посвятив труду,
Подумал я “Да ну в… болото!
Устал сегодня я чего-то.
Домой, наверное, пойду”.

УПД

Педагогически-тоскливое:
В толстой рабочей тетради
Две нарисованы… пушки.
Мальчик рисует игрушки
С вечной тоскою во взгляде.

Диалог

ноября 07, 2008 By: Дядя Оскар Category: Избранное, Смешно

– Эээ, пасанчик, есть телефон? Чиста на минутку позвонить…
– Да конечно, вот он. Держи.
– О, ни фига! Нокия эн90. Ну у тебя типа крутая труба, я как раз такую хочу.
– Да забирай.
– Да ты в натуре ваще! А эта… пасанчик, есть чо?
– Да конечно, вот бумажник, там у меня баксов пятьсот вроде было. Надо?
– О, ну нифига ты месишь! Давай, на. А еще есть чо?
– Есть. Вот у меня часы “Патек Филипп”…
– Ну ни хуя котлы! Давай, на. А это чо?
– Это? Это пистолет Макарова. Надо?
– Ну давай чо. (клацает затвором) Ну ты типа попал, баклан. Давай, чо там у тебя еще есть.
– Пожалуйста, пожалуйста. Вот ручка “Паркер”, вот наручники, вот ключи от служебного автомобиля…
– А где тачка твоя?
– А вон там на стоянке видишь серый “Мерс-SLK”?
– Не-а…
– Ну там еще четыре уазика стоят.
– Это типа из которых, омоновцы в масках вылазят?
– Ага. А вот еще удостоверение полковника ОМОНа
– ???
– Чо вылупился? Ты, сука, арестован за попытку вооруженного ограбления представителя правоохранительных органов. Хоть бы пистолет с предохранителя снял, тупой придурок…

Как пишется рецензия на фильм

ноября 20, 2007 By: Дядя Оскар Category: Избранное, Кино, Смешно

Приведенный ниже текст не являлется пособием, ибо кто я такой, чтоб учить вас, дорогие читатели.
Приведенный ниже текст не является универсальным рецептом написания хорошей (да и плохой тоже) рецензии.
Приведенный ниже текст не «срывает покровы» и не «раскрывает секреты».
Приведенный ниже текст является шуткой в чистом виде, но в каждой шутке… Вы сами знаете.

Лет пять назад я наткнулся на серию замечательных статей динозавра чешской фантастики, талантливейшего писателя и журналиста Карела Чапека. Статьи назывались «Как снимается кино», «Как ставится спектакль», «Как издается газета», или как-то так. Несмотря на то, что статьи были написаны в первой половине прошлого столетия, они до сих пор актуальны и чудовищно смешны. Поскольку часть моей проффессиональной деятельности лежит в области написания кинорецензий, я взял на себя наглость написать подобное о механизме формирования публицистических материалов данного жанра.

Многие киноманы-читатели имеют опасную привычку перед походом на фильм (либо покупкой его на носителе) знакомится с критикой. Они лелеют надежду, что рецензент поможет разрешить их сомнения, решить за них главную диллему: «платить — не платить?». Это, повторюсь, очень опасное заблуждение.

Почему? Причин таковы. Первая. Тот факт что критик написал рецензию на фильм «Стрекозы-вурдалаки» совершенно не означает, что он этих самых стрекоз смотрел. Скорее всего, его знакомоство с фильмом сводится к разглядыванию постера и чтению анонса. Наиболее продвинутые смотрят промо-ролик фильма и читают рецензии коллег, в надежде, что коллеги-то фильм посмотрели.

Вторая причина. Даже если критик (аццкий труд!) посмотрел ленту, все равно его рецензия как правило содержит гениальный посыл: «Пацаны фильм хороший (либо наоборот — говно), отвечаю!». А где гарнатия что фильм, который понравился (а точнее, как бы понравился — об этом ниже) Матвею Козлодранскому из газеты «Краснопупинские Ведомостя», вкатит лично вам. Нет таких гарантий.

Теперь обратимся к тому рецензентскому меньшинству, которое фильмы таки-смотрит. Обычно рецензии пишутся сразу после анонсов — к премьере, либо DVD-релизу. Следовательно, весь процесс выглядит так.

Рецензент смотрит фильм либо на предпремьерном показе, либо на пиратском DVD, либо тупо в кинотеатре — в общем прокате. От места и способа просмотра многое зависит. Щас объясню. Вот есть у нас два рецензента Василий Легковой и уже упомянутый Матвей Козлодранский. Легкового позвали на предпремьерник, Козлодранского — нет (еще бы, с такой-то фамилией!). Легковой пишет к официальной премьере, Козлодранский — к релизу на носителях. Легковой пришел на предпремьерник, пожрал тортинок с икрой, попил вискаря на а-ля фуршете. Позырил кино, сидючи в мягком кресле. И накропал такую прям шоколадную рецензию, что хоть в кондитерскую сдавай . А на самом деле у него просто от тортинок и «Джони Уокера» настроение было хорошее. Обиженный Козлодранский, обделенный тортинками и вискарем и хорошо знающий Легкового — все это порождает зависть, глянув дурную пиратскую копию, пишет разгромный материал, добавив в конце, что Легковой-то купленный, а то, что фильм — говно (восклицательный знак), ни за каким вискарем не спрячешь. Это только один из сценариев. Но возьмем обычного рецензента не попавшего на предпремьерник, но и не знакомого с пожирателем тортинок Легковым. Что делает он, посмотрев фильм? Ищет в нем плохое. Именно так! Не хорошее, не сносное, а именно плохое. Почему? Да тупо потому, что качественную ругательную рецензию написать значительно проще чем хвалебную, с которой можно легко скатиться на сопли в сиропе. Когда отрицательные моменты найдены, критик начинает сравнивать фильм с признанной классикой. Когда сравнение выходит явно не в пользу претендента, рецензент окончательно убеждается, что фильм, который ему на самом деле даже понравился, — полный отстой, а для выполнения работы достаточно собрать свои отрицательные эмоции в один текст. Рецензия готова!

Любой кинокритик считает себя гораздо умнее и лучше любого режиссера. И наплевать, что у режиссера яхта и доля в «Apple Computers», а у критика течь из крана на кухне и протертые в паху джинсы. Любой критик считает, что лучше режиссера знает, о чем он (режиссер) хотел своей работой сказать. Ну еще бы! Он же лучше и умнее. Он же платит за билет (даже если на самом деле платит редакция), экономя на джинсах. Любой критик считает режиссера лентяем. И наплевать, что тот как сумасшедший носится по съемочной площадке, спит четыре часа в сутки, подбивает бюджет и т.д., а сам рецензент тупо лузгает семачки перед телевизором. Иными причинами, кроме этих, я не могу объяснить наличие в рецензиях таких фраз как «Тони Скотт не вытянул», «Концовка провалена» и «Чем думал режиссер?!»

И что получается? А получается, что читая рецензию, мы читаем зависть обиженного Козлодранского, радость сытого и пьяного Легкового, пустые амбиции безымянного товарища в дырявых штанах и ругательные слова, написанные только потому, что это проще. Вот как-то так.

Заметки на полях. Н-да не Чапек конечно… Зато он умер, а я живой. Ура.

Игры высшей воли

октября 19, 2007 By: Дядя Оскар Category: Избранное, Кино

Казалось бы, нет ничего проще, чем писать про «авторское», «малобюджетное», «европейское» и так далее кино — чистый артхаус, незамутненное искусство, а не дешевый голливудский попс. Все просто: посмотрел, провел пару параллелей с Феллини и Бергманом, или еще с каким Кубриком, написал дежурные слова про «новое пришествие великого» и радостно забыл. Как фильм назывался, как режиссера зовут, кто главные роли исполнял – все забыл. Вот вам и артхаус – большое, но никем не помнимое кино.

«По высшей воле» клипмейкера Амира Чамдина обречен. Обречен на дежурное быстрое забвение. Это большое искусство. Настоящее, вкусное, обладающее всеми признаками хорошего кино. Следовательно, память о нем останется только в головах эстетствующих ценителей и в рецензиях кинокритиков, которые (и ВПС в их числе) обольют творение шоколадом, поищут (наверняка, безуспешно) ДВД-релиз, а потом будут жить дальше. Как с этим бороться? Увы, никак. Попытка спасения предпринята в данных двух абзацах – вдруг они западут вам в память, а вместе с ними и это великолепное, тонкое, ироничное кино.

Амир Чамдин – швед сирийского происхождения – до недавнего времени был известен только как клипмейкер группы «The Cardigans», вокалистку
которой – Нину Перссон – он и снял в главной женской роли. Главную мужскую исполнил сам. Первоисточником же послужила история отца Амира –
сирийского мигранта, приехавшего в Швецию. Почти хоум-видео получается. В графе «жанр» указано: «ретро-драма», место действия –Стокгольм, время – 1975 год, погода – адская жара, тема – любовь…

Чамдин называет своим «творческим отцом» Стэнли Кубрика. Но Кубрика вы в «По высшей воле» не увидите. Что похвально – зачастую уши «учителя» торчат из творения «ученика» на добрый метр – Чамдину удалось этого избежать. Это с одной стороны. С другой – ушки таки торчат. Правда, не кубриковские. Да речь, скорее, не о влиянии как таковом, а об умелом цитировании. Начать с того, что сама история и по настроению, и сюжетно страшно напоминает «Трудности перевода» Софии Копполы – замените Стокгольм на Токио, популярную певицу – на знаменитого актера,
сирийского гастарбайтера – на скучающую молодую жену, бессонницу – на жару, а потом сами посмотрите, что получится. Ощущение усиливает тот
факт, что в фильме, помимо собственно шведского (виват, субтитры!), звучат и грозный арабский, и певучий финский, и, главное, ломаный
английский. НО. Тут есть железное оправдание – сторилайн «По высшей воле» – реальные события. Пусть приукрашенные, но реальные – против
жизни не попрешь. Далее. Кое-где появляется улыбчивая морда Кустурицы. Еще кое-где, еще чье-то личико… Но это именно цитаты. И, стоит отметить,
оформлены они очень органично и грамотно.

А что получится, если отрешиться от поиска «ушей» и поговорить о достоинствах чисто кинематографических? Получится отличное кино, красиво
снятое, умело выдержанное в ретро-стилистике, с хорошими актерами (даром, что непрофессионалы), с мастерски подобранным и смонтированным
звуком.

Отдельным параграфом стоит упомянуть ряд мелких, не важных (с точки зрения сюжета) находок. Они не просто хороши – они, не убоюсь, гениальны. Чего стоит шатающийся по улицам Стокгольма пьяный (а потом и похмельный) медведь (Превед, Кустурица!). Или подпольный сириец-радиовещатель. Или еврей, под началом которого трудится бригада арабов. Или… Таких «или» много. Единственный шанс понаблюдать их все (а
также еще кучу интересных вещей) – посмотреть «По высшей воле». Любите кино.

Заметки на полях: текст написан для издания “Moskow out”, в котором и вышел непосредственно перед началом проката картины.