Хижина дяди Оскара

В начале поездки разговор особо не клеится. Говорит в основном Шулекин, очаровательно фрикатируя «гэ», рассказывает про поездку в Эмираты и вспоминает связанные с алюминиевым производством анекдоты. Сразу оговаривает, что фотать можно будет везде, а где нельзя, туда он нас не поведет. Реплика из зала: «Владимир Михалыч, а что есть места, где нельзя?». Шулекин очень серьезно поясняет, что таки да: в экспериментальном цеху обкатывают новую, более производительную и более дешевую схему электролиза, которую хотят купить индусы, потому туда мы не поедем – «Русал» опасается промышленного шпионажа. «А теперь, – заявляет Владимир Михалыч, – я буду вас развлекать. Вот у меня газеты (разочарованный выдох общественности), которые я буду раздавать за правильные ответы на вопросы нашей викторины (градус разочарованности растет). Кто наберет больше всех газет, будет участвовать в раздаче слонов (градус разочарованности слегка понижается)..» Реплика из зала: «А селедочка к газетам полагается?» Шулекин (улыбаясь): «Есть только один способ проверить. Первый вопрос…» Народ оживляется, начинаем перекрикивать друг друга, выдавая версии одна другой придурошней. «Бог алюминия!» – кричат Фостер и Добров фактически хором в ответ на вопрос: «Статуя какого греческого божества, стоящая в одном из городов Европы, выполнена из алюминия?» Шулекин ржет и награждает Доброва поощрительным призом (газетой) за оригинальность прогиба. Продолжаем играть, я получаю газету за то, что назвал Пако Рабана, становится как-то даже неудобно перед пацанами. Безоговорочно лидирует Нубик, Шулекин предлагает его высадить, потому что так много знать опасно и вручает ему толстую энциклопедию. Второе третье и четвертое места делят Леныч, Тоня и Аня. Последние две, как обладательницы больших фотоаппаратов, получают по фотоальбому. Леныча забывают, она недовольно ворчит в кулак, но особо не возмущается. Атмосфера становится вполне непринужденной, разговоры органично соскакивают на крылатый металл. Михалыч рассказывает, откуда везут глинозем (из Австралии), как построена работа на ХАЗе, как кризис отразился на алюминиевом производстве и прочая. Любопытным фактом, например, является то, что ХАЗ (и САЗ, разумеется) очень неудачно расположен с точки зрения экономической географии. Выбор места продиктован послевоенной логикой, предписывающей относить стратегические объекты как можно дальше от границ, а также сопутствующими факторами, типа ГЭС под боком или близости железной дороги. А мировая практика строительства подобного рода предприятий говорит о том, что оптимальным является приморское расположение завода, что позволяет максимально эффективно организовать подвоз сырья и отгрузку готовой продукции. Из-за этого, как рассказал Шулекин, завод несет вполне себе заметные убытки, поскольку большинство потребителей готовой продукции (алюминия и сплава в промышленных слитках) зарубежные. «Из-за этого, да еще из-за кризиса пришлось сделать неохраняемой стоянку около завода», – сетует Шулекин. Ну, то есть, понятно, да? Количество российских потребителей сокращается, забугорных – растет. При приморском расположении завода все выглядит так: кораблем из Австралии доставляется глинозем, а с завода тем же морским транспортом слитки идут во Францию и в Японию, минуя нашу чудесную, всеми любимую и поднимающую тарифы чуть не два раза в год жэдэ.

Вообще за этот час в автобусе я узнал о производстве, распространении и сфере применения алюминия и его сплавов больше, чем за всю предыдущую жизнь. Это я типа покаялся в необразованности.

И под конец главы. Во время пути туда была подана реплика, которая смело может претендовать на звание лучшего коммента во время блоготура на ХАЗ. Тынс (а кто же еще-то?), слушая рассказ Михалыча о том, как у них обстоит дело с охраной труда, укоризненно замечает: «Но вы же не о людях думаете, а о том, чтоб они работали хорошо, а вам бабло поступало». После этого Шулекин, демонстрируя очередную техническую приколюху, обязательно добавляет: «И конечно это сделано для того, чтоб люди хорошо работали и приносили нам бабло». Ржем все как ненормальные.

Ну а дальше будет самое интересное…